- Общество

80 лет назад: как Гитлер и Молотов не поделили сферы экспансии

80 лет назад, 12-13 ноября 1940 года, Берлин посетил глава правительства и министр иностранных дел Советского Союза Вячеслав Молотов. Он провел переговоры с рейхсканцлером Адольфом Гитлером, министром иностранных дел Иоахимом Риббентропом и некоторыми другими нацистскими чиновниками. О ходе и последствиях этих переговоров Радио Свобода поговорила с сотрудником Украинского института национальной памяти Максимом Майоровым.

— В августе 1939 года в Москву прибыл Риббентроп. Тогда Германией и СССР заключили Договор о ненападении, известный как Пакт Молотова-Риббентропа, и тайные статьи к нему. В сентябре 1939 года снова в Москве те же Молотов и Риббентроп подписали Договор о дружбе и границе. Как Германия и Советский Союз взаимодействовали с сентября 1939 по ноябрь 1940?

— Сотрудничество складывалась довольно ситуативно. В Берлине были разные взгляды на то, как следует вести себя с Советским Союзом. Потому что дружеские отношения с СССР были для нацистской внешней политики новинкой и довольно необычной вещью, которая встречала серьезное сопротивление в нацистской номенклатуре и среди союзников.

Это был довольно странный союз между двумя режимами, которые в течение 1930-х годов постоянно угрожали друг другу

С советской стороны союз с немцами также воспринимался весьма неоднозначно, в частности в Коминтерне. Это надо было объяснять, искать оправдания. Это был довольно странный союз между двумя режимами, которые в течение 1930-х годов постоянно угрожали друг другу и строили свою внешнюю политику на тезисе об угрозе: нацисты говорили о коммунистической угрозе, а коммунисты — о нацистской. Апеллируя к угрозам, Берлин и Москва пытались выторговать определенные преференции в западных демократических государств. Этот союз был достаточно противоречив и никто не знал, чем он закончится.

Вокруг Гитлера было две основные группы влияния. Первая, которую олицетворял Герман Геринг, предлагала искать мира с Британией и Францией, а отношения с Советским Союзом использовать для торгов, чтобы Великобритания и Франция быстрее пошли на понимание. А вторую представлял Риббентроп, который отвечал за переговоры с Советским Союзом. Их позиция заключалась в том, что нужно с СССР строить континентальный блок, чтобы вместе уничтожить Британию и разделить ее колонии. Риббентроп, который до этого долгое время был дипломатом в Великобритании, затаил злобу на это государство и считал, что в союзе со Сталиным надо победить Британскую империю, которую он считал основной угрозой для Германии.

Эти две партии влияли на Гитлера, и политика Германии в этот период была дуалистической. Кроме того, очень многое зависело от успехов на фронте.

— Как раз С сентября 1939 по ноябрь 1940 успехи были в обоих государств. Германия разгромила Францию, оккупировала значительную ее часть и ряд других государств. Это была неожиданно быстрая победа, даже для самих немцев. СССР в это время провел войну против Финляндии — не столь удачно, но заставил финнов к уступкам. Также Советский Союз захватил балтийские государства, Бессарабию и Северную Буковину.

Мало кто верил, что при столкновении с франко-британской коалиции Гитлер получит быструю победу

— Да, но здесь не все так однозначно. К победе над Францией шансы Германии во Второй мировой войне, которая тогда была европейской войной, оценивали очень сдержанно, в первую очередь, в Москве. Мало кто верил, что при столкновении с франко-британской коалиции Гитлер получит быструю победу. Даже были опасения, что франко-британцы разгромят Гитлера. Интересы Сталина состояла в том, чтобы война между Германией и западными державами продолжалась по типу мировой войны, чтобы противники взаимно истощили друг друга и подготовили почву для новой пролетарской революции, для советской экспансии.

Переоценка положения Германии

— Как Сталин воспринял ситуацию, когда он не сумел разгромить маленькую Финляндию, а Гитлер в короткие сроки разгромил Францию ​​и заставил британские войска бежать из континента?

— Это привело к переоценке положения Германии. К скандинавской и французской кампаний Сталин недооценивал Гитлера и считал, что сможет играть в длинную игру, балансируя на противоречиях и длительной войне. После победы над Францией стало очевидно, что все эти расчеты были абсолютно ошибочными. Сталин понял, что Германия — большая сила, которую он недооценивал. Он испугался, что Германия направит свою мощь против Советского Союза, если не будет заключен более тесного союза.

Сталин понял, что Германия — большая сила, которую он недооценивал. Он испугался, что Германия направит свою мощь против Советского Союза

А его территориальные приобретения, в частности в Прибалтике и в Бессарабии, стали возможными именно благодаря поражению Франции. Не стоит забывать, что

Румыния была союзницей Франции ко всем этим событиям, и Франция была гарантом территориальной целостности безопасности Румынии. Когда стало понятно, что Франция разгромлена, у Сталина были развязаны руки, и он начал заниматься укреплением позиций. Тем более, что Бессарабия и Прибалтика принадлежали к советской сферы влияния, в соответствии с секретным протоколом Пакта Молотова-Риббентропа.

— С чем Молотов ехал в Берлин? Если я правильно понял — искать новые точки соприкосновения. А какие именно это должны быть точки соприкосновения?

— В Москве понимали, что предложат Молотову в Берлине. Они были готовы к тому, что Гитлер вместе с Риббентропом будут предлагать Советскому Союзу присоединиться к союзу Германии, Японии и Италии. Разговор должна была идти об этом. Но Молотова и Сталина прежде всего интересовали вопросы безопасности. Сталина очень сильно раздражало пребывания немецких войск в Финляндии, принадлежала к сфере влияния Советского Союза.

Положение Германии в то время также было непростым. Летом 1940 года был пик побед, у Гитлера произошло головокружение от успехов. Он уверовал в свою военную гениальность, что сможет всех разгромить.

А осень 1940 стала неприятным моментом для Берлина. К октябрю 1940 была проиграна воздушная битва за Британию. Стало понятно, что такой быстрой победы, как над Францией, над Британией не будет. Германия начала объединять потенциальных союзников. После подписания пакта с Японией и Италией начались разговоры, чтобы втянуть туда Советский Союз. Германия начала ориентироваться на более длительную войну с Британией, так нуждалась союзников.

Молотов не возражал против присоединения к союзу Германии, Италии и Японии

Молотов в Берлине прежде всего поставил вопрос о выводе немецких войск из Финляндии и Румынии. Почему Германия гарантировала Румынии неприкосновенность границ? Во время переговоров в Берлине выяснились основные разногласия. Молотов не возражал против присоединения к союзу Германии, Италии и Японии, но диктовал особые условия: немцы должны были вывести свои войска из Финляндии и Румынии, в сферу влияния СССР должны были перейти Болгария и Турция в зоне проливов Босфор и Дарданеллы, где Советский Союз хотел построить военно морские базы. На это Гитлер с Риббентропом отвечали уклончиво, а взамен предлагали подумать над распределением британских колоний.

То есть Гитлер с Риббентропом хотели переориентировать Советский Союз с европейского направления на юго — в сторону Индийского океана. Гитлер считал мелочными вопрос Молотова относительно дел в Европе.

То результат визита?

— Если визиты Риббентропа в Москву было следствием заключения договоров, то визит Молотова в Берлин можно считать безрезультатным?

Для Берлина пручання и придирки Сталина с Молотовым было признаком недоговороспособности Москвы

— Фактически, да. Москва взяла паузу. Визит длился 12-13 ноября, а ответ на германские предложения поступила из Москвы 25 ноября. Там снова излагались те тезисы, которые Молотов продвигал в Берлине. Но ответы на эти контрпредложения уже не было. Для Берлина пручання и придирки Сталина с Молотовым было признаком недоговороспособности Москвы. Поэтому 18 декабря Гитлер утвердил план «Барбаросса» — нападение на СССР. Он решил, что дипломатическим путем не сможет привлечь к себе Советский Союз, на что был расчет.

Ироничным фоном этих переговоров в Берлине было то, что в определенный момент немцы предложили Молотову перейти в бомбоубежище, потому что возникла угроза налета британской авиации. Стало очевидно, что победа Германии над Великобританией — далеко не решенное дело.

— Какие выводы сделали в Берлине и Москве после этих переговоров?

— В Берлине начали готовиться к нападению на Советский Союз. Сталин тоже готовился к войне. Здесь еще один интересный аспект — переговоры СССР с Западом в этот период. С одной стороны, мы наблюдаем активные дипломатические отношения Москвы и Берлина. В то же время, с другой стороны, не прекращались переговоры, зондирование почвы для понимания Москвы с Лондоном.

Британская дипломатия очень много обещала Сталину, чтобы вывести его из союза с Гитлером, передавала даже разведывательные данные о готовящемся нападении

Пик напряжения между СССР и Францией и Британией пришелся на время финской войны. В январе-апреле 1940 года франко-британцы даже рассматривали возможность начала боевых действий против Советского Союза, как против де-факто союзника Германии. Затем происходили неформальные переговоры, и британская дипломатия очень много обещала Сталину, чтобы вывести его из союза с Гитлером, передавала даже разведывательные данные о готовящемся нападении. Однако Сталин относился к этому подозрительно, потому что считал данные, передает Лондон, попыткой преждевременно испортить отношения Москвы с Берлином. Но вскоре эти неформальные переговоры послужили основой для быстрого оформления антигитлеровской коалиции, в первые месяцы после нападения Германии на Советский Союз, в июне 1941 года.

— Берлинский визит Молотова стал предвестником войны, начавшейся в 1941 году? Не нашли новых точек соприкосновения.

— не нашли. Этот визит показал, что Советский Союз отказался идти в фарватере политики Германии, выдвигал свои требования. Обе стороны начали готовиться к будущему столкновения, до которого оставалось еще около полугода.

— Вы говорили, что в окружении Гитлера были пробританская и просоветская партии. А в окружении Сталина были разные ориентации?

Несмотря на то, что Германия и Советский Союз были тоталитарными государствами, внутренняя специфика была очень разной

— Можно говорить об определенной склонности к союзов со стороны определенных советских политиков, но это не играло той роли, как в Германии. Несмотря на то, что Германия и Советский Союз были тоталитарными государствами, внутренняя специфика была очень разной. В немецком политикуме были разные партии, могли бороться за влияние, выражать свою позицию. А в Советском Союзе такие действия могли нарваться на обвинения и скорую расправу. Если говорить о дипломатии, то Молотов считался более пронемецким, поэтому стал наркомом иностранных дел. Зато его предшественник на этом посту Максим Литвинов пытался найти точки соприкосновения с Британией и Францией. Он олицетворял проанглийскую курс, поэтому его сняли. Очевидно, Сталин знал ориентации своих подчиненных и просто передвигал их, как шахматные фигуры, в зависимости от того, какую именно он политику проводил. Его окружение влияло на него меньше образом, чем немецкое окружение на Гитлера.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *