- Культура

Премьера оперы «Чорнобильдорф»: «новое слово в искусстве», «полистилистический жанр»

В «Художественном арсенале» в Киеве 31 октября и 1 ноября — премьера оперы «Чорнобильдорф». Это действо является синтетическим завершением международного исследовательско-культурологического и художественного проекту. Обо всем необычное и удивительное, что есть в опере, Радио Свобода расспросило авторов проекту — композиторов Романа Григорива и Илью Разумейко.

Проект «Чорнобильдорф» реализует творческая группа формации NOVA OPERA при поддержке Украинского культурного фонда, программы «Дом Европы» и Австрийского культурного форума в Киеве.

Слово «Чорнобильдорф» возникло из объединения названий двух атомных электростанций — Чернобыльской (на которой произошла крупнейшая в истории человечества техногенная авария) и Цвентендорфськои (которая была построена в Австрии не начала работать из-за протестов людей).

Об проект и оперу CHORNOBYLDORF — в разговоре с авторами идеи, композиторами Романом Григорива и Ильей Разумейко:

Илья Разумейко:

— Реализация этого проекту требовала регулярных репетиций без привлечения мобильных телефонов, участия артистов в экспедициях, поиска артефактов, сюжетов, локаций, новые формы. И в результате мы получили современную оперу и театр.

Сейчас в Украине очень консервативный театр и опера.

Надеемся, что «Чорнобильдорф» принесет свежие веяния и актуальный взгляд на этот мир.

Роман Григорьев:

— Здесь есть своя история и она совершенно уникальна. Для этого мы создали целый мир «Чорнобильдорфу» с его персонажами, сюжетными линиями и артефактами. Это кропотливый труд и, как всегда, не хватает времени на репетиции. Постоянно хочется что-то усовершенствовать: какие-то сцены изымаем, другие добавляем.

Определенная сложность заключается и в том, что мы только месяц до премьеры получили возможность репетировать в стенах Художественного Арсенала, чтобы адаптироваться к пространству, «видзвучитись», свести декорации, продумать пространство и заполнить его историей «Чорнобильдорфу».

— Какие главные открытия вы сделали для себя во время исследовательских экспедиций? Или четко для вас проявилось то, какими нас смогут представить люди будущего?

Роман Григорьев:

— Мы заранее продумали наши экспедиции. Во время них мы собирали артефакты для «Чорнобильдорфу» и снимали колоссальные видео-новеллы.

Денис Мельник подошел к процессу творчески. Каждое видео очень стильное, это настоящее искусство.

В общем осуществили три поездки.

Первая, конечно, в Чернобыльскую зону. Припять мне не понравилась из-за туристическую традиционность. Вместе с тем открытием была церковь в селе Красно. Это 10-ти километровая зона. Там мы снимали наш видеоматериал — Чернобыльский псалом. Задействовали Сусанну Карпенко и Алексея Зайца.

Также мы определили постапокалиптическую столицу Украины. Это — Кривой Рог . Там абсолютная целина с фантастическими пейзажами. Именно здесь нужно снимать кино о постапокалиптики. Огромные карьеры, фабрики, заводы.

Мы там снимали новеллу о Орфея и Эвридику . Лично я по-новому открыл Каховское водохранилище и Лепи (линии электропередач). Это урбанистическая Амазонка Украины.

Фантастические пейзажи вокруг Энергодарской электростанции . Здесь у нас ожила Электра . Мы объединяем кино и театр, танец и живой перформанс. Это то, что в начале нас очень вдохновляло. Что-то интегрируется, то убираем. Пока еще оттачиваем.

Но я даже не представляю, что эти люди будущего будут думать о нас. Что мы собой оставляем им? Полиэтиленовые шарики … ?! Только они уже не будут висеть на деревьях, а запутаются в хребтах мертвых животных. Такая картина Босха в XXXI веке.

— Действительно возможно через материальные артефакты прошлого почувствовать общее звучание эпохи, отошла?

Роман Григорьев:

— Да, это можно почувствовать, а затем трансформировать в художественный процесс. Мы сейчас пытаемся услышать звуки будущего. В процессе приходим к выводу, что это идеальная музыка, где нет базовых клише, которая возвращается к своим истокам. Возвращается естественный вокал — без вмешательств педагогов и различных техник. Возвращается настоящий магический ритм.

Это энергия, полностью связана с организмом, с жизнью человека, его сознанием и образом жизни. Слом еще впереди, когда все исчезнет, ​​уничтожится. Что-то возродится, то ожесточает. Этот биологический слом приведет к катастрофе сознания человека.

— Что похожего между людьми атомной и постатомнои суток, и чем они кардинально отличаться, по вашему мнению?

Илья Разумейко:

— Между ними никакой разницы нет. Все люди одинаковы — от каменного века через древнюю Грецию и Новый мир к Апокалипсису.

В основе всех — дикая природа и борьба за выживание. Надеюсь, что у людей будущего будет лучше искусство, чем сейчас.

— Почему именно опера? Какие аргументы в пользу того, что именно такой жанр искусства является адекватной формой для воплощения этой идеи?

Илья Разумейко:

— Если возвращаемся в глубину веков, то это — древнегреческий театр. Именно из него и возникла опера, или, если выражаться точнее — музыкальная драма. Нам кажется, что для выражения постапокалиптики именно музыкальная драма является наиболее адекватной формой.

Роман Григорьев:

— Опера может миксовать различные виды искусства. Сейчас мы объединили хореографию, музыку, кино, сценографию. Препарировали все это. У нас настолько разнообразен полистилистический жанр, так много эклектики, мы уже создает какой-то другой жанр. Это уже отдельный художественный продукт.

Читайте еще:

Артефакты апокалипсиса: проект «Чорнобильдорф» открыл Антропологический музей в «Художественном арсенале»

«Иов» Влада Троицкого: почему эта опера в десятке лучших опер мира

Художественные события 2019 году в Украине и новые тренды в восприятии культуры

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *