- Политика

«Уровень усталости у силовиков уже достаточно высок»: какие шансы у белорусского забастовки победить Лукашенко?

Ксения Соколянский

Утром 26 октября в Беларуси началась общенациональная забастовка. В него ранее призвала екскандидат в президенты Светлана Тихановська, которая выдвинула Александру Лукашенко «народный ультиматум». Она требовала, чтобы силовики прекратили задерживать и бить протестующих против режима Лукашенко, а власти Белоруссии объявила новые выборы президента и провела их максимально честно.

В рамках забастовки уже в понедельник на улицы вышли пенсионеры и студенты, были закрыты многие частные предприятия, магазинов и кафе, бастовали работники некоторых государственных заводов и шахт ( «Беларуськалию», «Гродно азота»), транспортники. Белорусские власти в понедельник отправила значительные подразделения силовиков на заводы, чтобы задержать «зачинщиков» забастовки, а вечером вывела ОМОН на улице, чтобы разогнать протестующих, собравшихся на площадях Минска.

Есть ли у белорусского забастовки шансы на успех? Как протестующие могут добиться своего от Лукашенко и как быстро устанут работать в экстремальном режиме белорусские силовики, если их ежедневно отправлять на разгон протестов? Телеканал «Настоящее время», созданный Радио Свобода при участии «Голоса Америки» задал эти вопросы 26 октября белорусском политологу Игорю Ильяшову, правозащитнику Валентину Стефанович и старшему вице-президент американской компании EPAM Systems, члену Координационного совета Максиму Богрецову.

Светлана Т ихановська сказала, что ей нравится, как «активно» началась забастовка. Как оцениваете события 25 и 26 октября лично вы?

Стефанович : Да, это похоже за событиями на начало протестов 9-11 августа. Единственное, что, наверное, 9-11 августа это мало все-таки [более] массовый характер. Объяснить это можно тем, что Лукашенко распорядился любыми путями прекратить протесты и навести порядок по крайней мере в Минске и желательно до Нового года. И силовики этот «порядок» приводят.

(Видео на русском языке)

Богрецов : Многие люди вчера и сегодня (25 и 26 октября — ред.) Готовились к забастовке. Многие бизнес временно закрылись, чтобы показать свою солидарность со всеми белорусскими людьми. Я думаю, стоит обратить внимание на то, насколько высокий уровень поддержки забастовки со стороны народа. Власть на выходные пытались провести провластный митинг, было очень много слухов о предоставленных средства, транспорт, выплаты и другое. Но в результате они, конечно, не смогли сделать такой уровень поддержки. А здесь довольно простые заявления приводят к такой реакции в ответ со стороны народа.

Как вы думаете, во что ц ей общенациональная забастовка выльется, сколько он продлится? И чего вы от него ждете?

Илляш : Мы видим, что главным результатом «народного ультиматума» Тихановськои стал всплеск протестной активности. Его интенсивность, очевидно, выросла — мы видим это за последние два дня. Впервые с августа начались реальные волнения на заводах, и интенсивность протестов, безусловно, возросла. Это главный результат. Марши пенсионеров — с точки зрения пиара для власти тоже это очень плохо. Мы часто видели и в течение избирательной кампании, когда Лукашенко ездил, где встречался [с людьми], и непосредственно большинство людей, которые окружали его в этих встречах, были люди пенсионного возраста. И вот мы видим, что эта пропагандистская картинка рушится на глазах: пенсионеры, пожилые люди оказываются наиболее устойчивыми группами, которые, несмотря на то, что против них применялось насилие, все равно выходят теперь еженедельно протестовать.

Все аналитики, объективно оценивают ситуацию, говорили именно об этом, что именно к этому и приведет ультиматум Тихановськои. Фактически она таким образом перехватила инициативу у власти, заняв более активную позицию. Сейчас власти приходится реагировать на этот новый вызов, новый всплеск протестной активности. Но то, что этот всплеск не приведет к какому-то резкого падения режима — это также было очевидно для всех людей, которые объективно оценивают ситуацию.

Богрецов : Трудно сказать конкретно, но я думаю, что здесь есть несколько моментов, на которые мы рассчитываем. Рано или поздно это осознание, фокус на насилие со стороны власти должен будет уйти. Силовые задержания людей, которые вы сейчас показываете, приводят только к тому, что еще больше людей приобщаются к протесту. И еще больше друзей, родственников, знакомых страдают от этого еще больше люди ненавидят, к сожалению, какую-то часть белорусского общества, которая сейчас у власти.

Проблема в том, что рано или поздно нам вместе придется с этим разбираться и каким образом двигаться и жить дальше. Насилие в данном случае приводит только к обратной реакции. Произойдет это на следующей неделе произойдет это позже — трудно сказать. Но мы здесь, и мы будем продолжать выражать свое негативное отношение к нарушению закона, к нарушению нашего права на выражение своего мнения и к насилию.

Две недели, которые прошли с момента объявления Т ихановською ультиматума Лукашенко до начала забастовки: власть использовала как-то с умом, или она вообще ничего не придумывала и не делала?

Илляш : Мы видели какие-то странные движения по поводу возможной организации огромного массового митинга в Минске в поддержку Лукашенко, но за несколько дней до «дня икс» от этой идеи власти отказались. По факту все, что мы видели в течение двух недель, — это только насилие и террор, которые в Беларуси превратились в рутину. Когда пришло сегодняшний день (26 октября — ред.) И начались волнения на заводах, власть отреагировала снова тем же образом — это насилие, наиболее грубое мы видели в Гродно сегодня на предприятии «Гродно азот», и запугивание протестующих. В принципе, точка в этом народном ультиматуме не поставлена. Импульс, который передан протестном движении, еще действует.

(Видео на русском языке)

В течение двух с половиной месяцев этих бесконечных массовых протестов в Беларуси фактически главным стимулятором этих протестов была сама власть, точнее, ее грубые и часто террористические действия. И люди реагируют, снова и снова вспыхивают, это снова и снова дает им силы выходить — именно та несправедливость, именно тот беспредел, на которое решается власти.

Возвращаясь к истории с «Гродно азотом», мы видели сегодня (26 октября — ред.) Очень грубые действия власти в отношении рабочих. Во что они выльются конкретно на предприятии? Вполне возможно, что это как раз простимулирует рабочих к тому, чтобы превратить эти локальные выступления на долгосрочную забастовку. Очень многое будет зависеть от того, как снова и снова будет действовать власть.

За два с половиной месяца мы видели жест окорок разгоны первых митингов, протесты женщин, потом пенсионеров, затем студентов. Как вы думаете, чем власть была больше поражена или разочарована, когда какая-то из категорий, которую они считали своей, вдруг обнаружила свое несогласие?

Илляш Я думаю, что самым большим шоком для власти была, конечно, ситуация с выступлением рабочих еще в августе. Мы все помним эту историю, когда Лукашенко освистали на заводе «МЗКТ», когда рабочие скандировали: «Уходи!»

Я думаю, что действительно он просто не предполагал, что такое возможно. Он всегда считал, что рабочие — это тот электорат, который точно его понимает, точно его. И когда он с этим столкнулся, для него это был, конечно, шок. Сейчас то, что тема рабочих протестов вернулась в повестку дня, — это, безусловно, очень болезненный момент для власти, даже несмотря на то, как я уже говорил, что фактически общенациональной забастовки, когда останавливаются все крупные заводы, не произошло.

А вы думаете, силовики уже устали от того, что им приходится делать в течение двух с половиной месяцев с разной степенью интенсивности?

Богрецов : Как вы думаете, если бы вы познакомились с парнем сейчас в Минске и он бы вам сказал: «Я работаю в ОМОНе». Как бы вы на это отреагировали?

(Видео на русском языке)

Я думаю, что уже во многих силовиков уровень усталости на бытовом уровне достаточно высок. Можно как угодно отгородиться от всего остального народа какими казармами, какими-то специальными квартирами и чем-то еще, но протесты в Беларуси происходят уже более двух месяцев. Я думаю, они очень устали.

Стефанович : Я думаю, что если в стране действительно начнется общенациональная забастовка, когда все выйдут на улицы и никто не пойдет на работу, то, мне кажется, никаких сил у правоохранителей уже больше просто не будет.

Есть ли среди людей, которые сейчас окружают Александра Лукашенко, те, кто может ему подсказать какие-то другие, дипломатические способы разрешения кризиса? Там все-таки больше так называемых силовиков?

Богрецов Наверное, это лучше спросить у них. Но за действиями, за тем, что происходит, я думаю, голоса людей, которые могли бы подсказать Лукашенко адекватный мирный современный выход из ситуации, сейчас не слышны. Пока, судя по действиям, происходит такое метания силовых структур: то в одну сторону, то в другую, то ослабить давление, то увеличить, то еще что-то.

Есть ли у вас какие-то последние цифры по людям, которые были задержаны в понедельник?

Стефанович В понедельник задержаны уже более 200 человек, задержания продолжаются прямо сейчас (26 октября — ред.), Продолжаются в центре города (Минск — ред.). Я думаю, что до конца дня 26 октября или до утра вторника картина будет более полная, и я не удивлюсь, [если] там будет более 300 задержанных. (По состоянию на 27 октября в поименном списке правозащитного центра «Весна» — 362 задержанных по всей Беларуси — ред.)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *