- Политика

«Россия будет этому всячески мешать»: о возможности ориентации Беларуси одновременно на Россию и на Запад

В ходе телефонного разговора с госсекретарем США Майком Помпео Александр Лукашенко вспомнил о поддержке его действий со стороны России. О том, что это за поддержка и как она сказывается на отношении протестов в Москву, телеканал «Настоящее время», созданный Радио Свобода со участием «Голоса Америки», поговорил 25 октября с политологом Андреем Колесниковым.

(Видео на русском языке)

Что о поддержке России сказал Александр Лукашенко? Что он имел в виду? И почему это ему важно было сказать в разговоре с Помпео?

— Он имел в виду информационную поддержку и потенциальную военно-полицейскую поддержку — любую. Я думаю, что не стоит придавать особого значения словам Лукашенко в разговоре с Помпео — они столь же сумбурные и нелогичные, как и любое выступление белорусского диктатора. Интересно, что он снял трубку, он поговорил с Помпео, в отличие от Меркель. С Меркель, очевидно, как с женщиной он разговаривать не готов, а с Помпео, который похож на восточноевропейского мужика, он разговаривать готов.

У него таким образом оказывается сексизм?

— Я думаю, да, это совершенно очевидно. Он готов разговаривать с теми людьми, которые антропологически ему понятнее и ближе, но эти разговоры ни к чему не приводят. Он абсолютно индифферентно относится к любому давления. Не меняется, как мы видим, ничего ни в тактике, ни в стратегии Лукашенко уже очень долго.

Почему Помпео решил позвонить?

— Это значит, что, безусловно, для Соединенных Штатов важна ситуация в этой части Восточной Европы, они как-то хотели бы вмешаться в эту ситуацию, «разрулить» ее. В какой-то степени это может быть связано с выборами (будущими президентскими в США — ред.) Или попыткой продемонстрировать какие-то успехи на самых векторам, в том числе внешней политики. Но это не лучший способ улучшить имидж этой администрации в силу того, что ничего не могло выйти. Так что это скорее такая регулярная действие Государственного департамента, сейчас немного активнее стал вести себя на нагорно-карабахском направлении — все эти встречи, которые происходили с Помпео в последние дни. Все это — часть попыток активизировать внешнюю политику. Возможно, отчасти это связано с выборами.

Ц ьо го нед я (это было 22 октября; интервью было взято 25 октября — ред.) В Минск а прилетал г оло ва внешней разведки России Сергей Нарышкин, он встречался с Лукашенко. Это традиционные встречи или за ними что-то кроется?

— Я думаю, что это еще раз демонстрация солидарности нынешнего российского руководства по нынешним белорусским руководством. Вряд ли они могли обсуждать что-то существенное. Никаких новых перехватов разговоров не было предъявлено ни той, ни другой стороной. Это скорее демонстрация солидарности, братства, готовности к сотрудничеству двух спецслужб. Но потому, что результата это не имело, встреча имела скорее символический характер, и вряд ли этого стоит придавать какое-то значение.

Я думаю, важно то, что сейчас происходит на улицах в Беларуси, важный, конечно, сам факт ультиматума Тихановськои, который, как мне кажется, был не очень подготовлен и, возможно, сделан не вовремя. С одной стороны, понятно, что хотелось бы избежать рутинизации протеста, привыкание к нему, и хочется каких-то результатов. Но где же взять эти результаты, если Лукашенко четко занял позицию какой-то своей незсувности, поэтому любые такие ультиматумы, если они не будут успешны, окажутся провальными с точки зрения внешнего эффекта. И для имиджа Тихановськои, какая это объявила, мне кажется, это существенный минус. Если нет уверенности в том, что что-то изменилось в этом противостоянии, то можно резко изменить, мне кажется, этот ультиматум скорее не очень эффективен. Конечно же, это может привести к более жестокого противостояния сегодня (25 октября — ред.) На улице где-то на уровне первых дней белорусских протестов, но мне кажется, что серьезным образом ситуация не изменилась, и в этом смысле такой ультиматум обречен на неудачу.

Часто приходится слышать о том, что все остальные оппоненты Лукашенко тоже пророссийские. Как вам видится, так ли это?

— Я думаю, что это не совсем так. Трудно не быть не пророссийским, а тем, кто обращает внимание на Россию, когда есть восточный сосед, когда на него завязано экономически многое, но думаю, что серьезные оппоненты Лукашенко все равно доброжелательно, по крайней мере в экономическом смысле слова, смотрят не только на Россию, но и на Европейский союз, который тоже является соседом Беларуси, и Беларусь тоже во многом экономически ориентированная на Запад.

Конечно, Россию это бы не устроило. Путинскую Россию устроит только ситуация, когда любой белорусский лидер — Лукашенко, а не Лукашенко — ориентированный исключительно на Восток, а не ориентирован на Запад. Мы видели, что любой шаг на Запад Украины вызвал крайне резкую негативную реакцию Москвы, потому что Москва считает частично Украины и вполне Беларусь зонами своего влияния как минимум. Абсолютного влияния до почти слияния — такая квазиимперии, «русский мир» в понимании сегодняшнего Кремля.

Получается так, что никакая другая человек, кроме такого человека, который бы ориентировался только на Москву, Путина не устроит. Но, как мы видим, белорусское общество уже к такому раскладу не готово. Я думаю, что нет ни одного лидера, который был бы принят белорусским обществом, который не ориентировался и на Запад тоже — и туда, и сюда. Теперь уже, прежде всего, на Запад, потому что после того, что делал Лукашенко, после того, что Россия прямо поддержала то, что делал Лукашенко, во всех смыслах этого слова, никто не будет принимать лидера, ориентированного исключительно на Москву.

Было исследования британского Chatham House, оно показало: большинство опрошенных считает есть, что Беларусь должна быть в союзе и с Россией, и с Евросоюзом одновременно. Возможно ли это?

— Думаю, что теоретически возможно. Это было бы естественно для нормального развития Беларуси. Практически это сложно, потому что Россия будет этому всячески мешать, противиться и сопротивляться.

Путин во время своей встречи с политологами на Валдайском форуме фактически оправдал жестокие действия ОМОНа и силовиков Лукашенко, сказав, что, возможно, была какая-то неоправданная жестокость, но это не сравнить с тем, что происходит на улицах столиц демократических государств. Заявил, что по крайней мере в спину безоружного человека никто не стрелял. Возможно, он забыл или ему не доложили, что стреляли не в спину, а в грудь безоружного человека едва ли не в первый день протестов. Это прямая поддержка Россией силовых действий. Она, конечно, информационная и моральная, но этого вполне достаточно. Путин не смирится ни с каким движением Беларуси на Запад. Именно поэтому, не имея сейчас замены Лукашенко, он поддерживает Лукашенко, выбирая из зол лучше для него.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *