- Политика

Подозрения в сотрудничестве с Медведчуком и противостояние с партией Порошенко: интервью со слугой народа Качур

Бывший адвокат Александр Качура — именно тот человек, который в свое время добилась отмены запрета на сериал «Сваты» и спасла политический бренд «Слуги народа». Сейчас он — народный депутат от пропрезидентской партии.

За последнюю неделю Качура успел сделать несколько скандальных заявлений: сначала о готовности слуг объединяться с ОПЗЖ на местном уровне, затем о готовности Украины закупать российские вакцины против коронавируса, если они будут эффективны.

При этом сам он утверждает, что в обоих случаях представители СМИ вырвали его слова из контекста.

  • Что именно Качура имел в виду?
  • Почему его заявления часто созвучны с позицией представителей ОПЗЖ?
  • Правда ли, что он ранее сотрудничал с политической партией Виктора Медведчука — кума российского президента, а ныне еще и председателя политсовета «оппозиционной платформы -« За жизнь »?
  • Но почему Качура категорически выступает против политического союза «Слуги народа» и партии експрезидента Петра Порошенко «Европейская солидарность»?

Обо всем этом — в первой части интервью представителя монобильшости для Радио Свобода.

— Александр, я внимательно переслушала оригинал вашего заявления о сотрудничестве «слуг народа» с ОПЗЖ и могу с уверенностью сказать, что вы о ней отмечали как о такой, что «однозначно будет» (хотя и добавляли, что все будет зависеть от региона).

Для чего «слугам» вообще сотрудничество с этой политической силой (пусть даже на местном уровне), если вы — политические оппоненты?

Действительно говорилось, что могут быть какие-то рабочие конструкции на местном уровне (так, как это у нас в парламенте: есть комитет Верховной Рады, но мы все как представители различных партий сотрудничаем).

Там был вопрос: «Готовы ли вы вообще в любом случае сотрудничать с этой партией?». Ну, понятно, что если мы в парламенте представляем, например, законопроект, то мы голосуем. Если хотят они поддерживают.

Мы, кстати, должны убеждать как партия власти и, вообще, как любая политическая сила наших политических оппонентов поддерживать те решения, которые мы выносим, ​​которые мы считаем важными.

— На местах которая это сотрудничество может быть? По вопросам она может существовать? Что это за формат?

Во-первых, именно местные депутаты, которых изберут, будут определяться, по которым вопросами и с кем сотрудничать, с какими политическими партиями.

Я сказал свою точку зрения. Есть восточные регионы — там, где, если взять социологию (давайте здесь будем врать, это не в рамках какой-то предвыборной кампании), является значительный уровень поддержки. Возможно, что-то изменится еще (у нас есть время до дня выборов), но такая тенденция есть.

Если партия зарегистрирована согласно украинскому законодательству и она попадает в органы местного самоуправления, то депутаты будут вынуждены коммуницировать по тем или иным рабочим вопросам. Мы должны будем убеждать все политические силы (в независимости от того, какие это политические силы), чтобы они поддержали то решение, которое вносится партией «Слуга народа». Именно об этом шла речь.

И я говорил, что на областном уровне (это уровень такой высокий политический, если говорить об органах местного самоуправления) я не приму любое сотрудничество с «Европейской солидарностью», потому что я считаю эту политическую силу деструктивной по своей сути. Но это моя точка зрения и депутаты, которые будут избираться, они будут определяться, с кем сотрудничать. Это абсолютно нормально.

Ни о каких коалиции, ни о каких объединения с этими политическими партиями ни на местном уровне, ни на областном, ни на всеукраинском йтиcя не может. Точка.

— Как вы в целом относитесь к партии « Оппозиционная платформа -« За жизнь » ? Это для «Слуги народа» больше политический союзник или все же политический враг?

— Я считаю, что это — политический оппонент, однозначно. Потому что мы видим высказывания представителей этой политической партии и в отношении президента Украины, и по нашей команды.

Я думаю, что это, пожалуй, больше политический враг сейчас для команды Зеленского. Это очевидно. Мы же видим, что происходит на телеэфирах с участием представителей этой политической партии.

Но в то же время мы должны понимать, что у нас в парламент избираются от различных политических партий, даже если кто-то нам не нравится (вот мне, например, не нравится та партия, о которой я вам сказал ( «Европейская солидарность» ред.).

— Это ( «Европейская солидарность» — ред.) тоже политический враг, вы считаете? Оппонент?

Да. Я считаю, что это политические оппоненты — все те, кто сейчас проводит жесткую и часто деструктивную критику тех решений, которые предлагаются и президентом, и партией «Слуга народа», если говорить о «Европейскую солидарность», это мое такое восприятие.

Когда люди голосовали за президента Зеленского и когда голосовали за партию «Слуга народа», они, в частности, голосовали против БПП и против Петра Алексеевича Порошенко (и против ОПЗЖ, и против всех остальных политиков, которые ранее были у власти, но больше всего был негатив по Петра Олейсийовича Порошенко), поэтому и любое сотрудничество, на мой взгляд (а я по одной из образований еще и политолог), будет большим разочарованием для украинских граждан.

Я могу иметь любую позицию по этим политических партий, но если мы говорим о комитете Верховной Рады, о голосовании, я всегда буду убеждать представителей всех политических партий, чтобы они поддержали то решение, которое я считаю необходимым сейчас для страны.

Если есть представительный орган, значит все должны коммуницировать однозначно, но так, я считаю (чтобы поставить здесь точку, подвести черту) ОПЗЖ нашим политическим оппонентом и в этой избирательной кампании, и в тех тезисах, которые сейчас продвигаются, врагом, наверное.

При этом «Европейская солидарность» является большим врагом для «Слуги народа», я правильно вас понимаю?

Это мое личное видение. Я считаю, что люди, которые отдавали свои голоса, в том числе при президенте Зеленского, они голосовали против Порошенко. Это было фактически импичментом президенту Порошенко, когда они пошли и проголосовали за президента Зеленского и потом за партию «Слуга народа». Поэтому это (сотрудничество ред.) Точно будет неприятие. Это будет предательство тех людей, которые отдали свои голоса именно за эту команду, олицетворяющей новое, борьбу со старым. Поэтому объединение нового со старым невозможно. Нельзя черное с белым объединять. Это будет серое тогда. Это точно неприятие вызовет.

Я сказал свою точку зрения, но как там будет … Кто-то, может, по-другому считает. И на местном уровне люди уже определятся так, как они хотят. Это — депутаты. Я не могу им продиктовать и партия не может продиктовать, с кем им работать. То есть пусть ищут из разных политических партий поддержку для того, чтобы те решения, которые будут вноситься представителями нашей партии, набирали необходимое количество голосов, чтобы регионы развивались, те, в которых будут избираться. Потому что если мы просто займем позицию, что вот только эти или эти, или кто-то еще, то надо всех призвать к конструктивной работе, потому что они в первую очередь идут ремонтировать канализации, дороги, детские сады, школы. В этом и суть местного самоуправления.

Конечно, областной уровень это уже немного другое, это уже политическая платформа. Но если говорить об уровне ниже, то сотрудничество смае быть со всеми.

Говоря о «Европейскую солидарность» вы только дали политическую оценку для ее лидера Петра Порошенко. А что вы можете сказать об одном из лидеров ОПЗЖ Виктора Медведчука? Как вы вообще можете оценить его влиятельность и, возможно, вклад в украинскую политику?

— Ну если говорить о Виктора Медведчука … А что можно сказать? Я мало на самом деле о нем знаю. Я с ним познакомился в парламентском зале, хотя очень много нам всего приписывают, что мы там были с рождения знакомы.

Но я считаю, что это однозначно влиятельный политик. И если взять все те исследования рейтинговые, которые устанавливали уровень влиятельности человек (я им доверяю, на самом деле, и по медиаресурса, и по уровню поддержки), то действительно это влиятельная политическая лицо, имеющее поддержку определенной части населения и мы должны все мириться однозначно или переагитовуваты тех граждан, которые поддерживают его. У нас должны быть всегда демократические пути решения.

Вот вы сказали, что Петр Порошенко, по вашему мнению, много сделал негативного для развития Украины. Если его ставить и сравнивать, например, с тем же Виктором Медведчуком, чей негативное влияние для вас большим?

— Я считаю, что все политические элиты, которые являются старыми, они очень плохо (кто-то меньше, кто-то больше) повлияли на то, чтобы Украина была в таком состоянии, в котором она находится сейчас.

А говорить о том, что кто-то лучше, кто-то плохой … Пусть люди выберут, пусть люди делают оценку.

— Но мне интересно ваше мнение.

— Я вообще ко всем политических элит отношусь одинаково, потому что то, в каком состоянии сейчас страна находится, а те люди, как были у власти, они находятся в списке Forbes (и первый, и второй тот, о котором вы сказали), они все находятся точно не на том уровне, на котором находятся все украинские граждане по доходам и по капиталу. Поэтому это вызывает вопросы однозначно. И здесь, я думаю, что люди дадут оценку, они уже дали, выбрав партию «Слуга народа». И мне хотелось бы, чтобы мы не разочаровали это доверие.

Я почему вообще вспомнила о Виктора Медведчука, потому что буквально недавно (относительно недавно) в ваш адрес прозвучала довольно громкое заявление: вас обвинили в том, что вы сотрудничали с этим человеком.

Вы обратились в суд. Я знаю о том, что идет судебное разбирательство этого дела. Но, все же, у меня все равно к вам есть несколько вопросов.

Во-первых, как вы можете объяснить, почему и в соответствии с данными системы YouControl, и в соответствии с официального ответа Минюста, обнародованной в СМИ, наряду с фамилией « Качура Александр Анатольевич» стоит пометка «руководитель обособленного подразделения № 800896 Всеукраинской общественной организации« Всеукраинский общественный движение «Украинский выбор» в Cоломьянському районе города Киева » ?

— Если говорить о тех, кто публиковал эту информацию, это публиковала представитель партии «Европйеська солидарность»

Но я сейчас ссылаюсь не в ней.

— Ну это же стало известно от Чорновил Татьяны, так как она это опубликовала первый. Это был политический заказ по мне. Это — фейк однозначно, то, что она писала, что во время Майдана я якобы был руководителем всей партии. Я вообще-то участник Революции достоинства.

Мы разбираемся что там и как, кто что зарегистрировал. У меня уже есть первый ответ. Адвокаты сделали адвокатский запрос, там мои подписи под протоколами «Качури Александра Анатольевича». Под любыми документами в регистрационном деле общественной организации «Украинский выбор».

— Но здесь речь идет об обособленном подразделении.

— Вот мы как раз в этом обособленного подразделения и спрашивали. Нет таких подписей с моей стороны.

Я никогда не был членом «Украинской выбора», хотя я, кстати, не вижу ничего плохого в любых общественных организациях находиться.

Это — откровенный фейк. И я однозначно докажу именно в контексте того, что в политическом нашей среде распространяют фейки, а эта представительница партии она всегда распространяет фейки. Я докажу в суде, что именно эта информация, опубликованная, она фейковых однозначно.

По госпожа Чорновил, я думаю, что ей однозначно надо разобраться со своими сайтами, они в Росийськкий Федерации до последнего времени администрувалися в городе Санкт-Петербург.

— Я просто лично зашла на сайт YouControl и проверила. Я ссылаюсь не в Татьяну Чорновил. То каким образом эта фамилия там оказалось?

— Я не знаю. Мы разберемся однозначно и суд определит, был ли я руководителем этого подразделения, не было.

Я подал в суд не потому, что был в каких-то организациях, я подавал за того, что мои чувства как участника революции достоинства в этом случае затронуты, потому что она написала, что я какие-то организовывал вещи, которые были против Майдана. И я докажу в суде, что это откровенный фейк.

А по этому делу мы разбираемся сейчас с министерством юстиции, то было. Первый ответ которая есть, что никакой нет протоколов. Если, например, обособленное подразделение регистрируется, собирается конференция и тогда те, кто избираются, подписывают протоколы. Таких протоколов на сегодняшний день нет в регистрационном деле и никогда не было таких протоколов. Поэтому этот вопрос, возможно, и к «Украинский выбора», есть заявления.

Следующее обращение я хочу, чтобы мне «Украинский выбор» предоставил (если там еще существует такая организация, не знаю, я думаю, что она формально существует) ответ и копии документов, подавал я какие-то заявления на вступление в эту организацию, подавал я любые протоколы и любые документы.

Я думаю, что мы найдем юридический выход из этой ситуации и найдем ответ уже четко в решении суда.

— То есть пока объяснения того, как ваша фамилия появилось в этом реестре, у вас пока нет?

— Мы разбираемся. Я могу предположить, что это могло произойти. Потому что в 2011-м или в 2012 году у меня была общественная организация, это было до революции достоинства, я создал эту организацию, она была всеукраинская и мы проводили какие-то акции с различными политическими партиями.

— … и одна из этих акций была с «Украинским выбором» и вы признаете, что на этой фотографии, обнародованной — вы?

— Это я точно.

Тогда еще не было оккупации Крыма, всех известных событий на Донбассе, когда Российская Федерация напала на нашу страну. То есть никто не знал, что такое «Украинский выбор». Мне было тогда 20 с лишним лет, когда эта акция проходила, и я не видел ничего плохого в этом. И я сейчас не вижу ничего плохого.

Это было связано с молодежным крылом этой организации. В тот момент мы позаботились о здоровье студентов в Киевском политехническом институте. Мы сделали общее фото. То есть я думаю, что в тот момент, когда регистрировали какие-то ячейки, таким образом были просто записаны люди какие-то, возможно, которые были участниками акции, знаете, как в Партию регионов записывали просто всех, а люди не знали, и записали в эту ячейку меня в том числе.

И я разберусь, потому что я такого заявления никогда не подавал, не являлся руководителем этой организации и никакого отношения не имею, кроме того, что акцию проводили среди других, пожалуй, сотен акций, которые делались нашей организацией также и совместно с другими партиями и общественными объединениями.

— Есть ли важен был для вашей организации, когда вы проводили такие совместные акции, политический вектор той или иной партии? Потому что «Украинский выбор» никогда не скрывал того, что он поддерживает направление пророссийский.

— Тогда не было такого дискурса. Кстати, у нас внутри общества, вы же помните, в 2011-2012 годах были дружеские отношения с Россией, в этом не было ничего плохого. Наши высшие должностные лица встречались с президентом Российской Федерации, с представителями правительства. Они приезжали в Украину, а украинские делегации приезжали в Россию.

То есть нас не беспокоил в этом случае идеологический вектор какой-то, потому что были разные точки зрения. На тот момент не было яркого евроинтеграционного процесса, помните? Он потом уже начался во время того, когда Янукович заявил, что сначала мы идем в Европейский союз, а затем отказался от этого.

У нас было чисто вопрос здоровья тех студентов. То есть это была абсолютно прикладная акция. Против курения они также проводили (мы в ней не участвовали), а затем мы организовывали в день борьбы против СПИДа, раздавали средства контрацепции.

— А вы на всех акциях надевали партийную символику тех партий, с которыми проводили эти мероприятия?

— не на всех. Мы сфотографировались с нашими флагами (фотоотчет для нашей газеты) и для их.

— Просто получается, что надев их символику, вы получается прорекламировали эту политическую силу.

— Возможно. Возможно, кто-то делал такие ошибки.

Возможно, когда те, кто создавал Партию регионов, цепляются к тебе, что когда ты был молодым еще и ты сфотографировался в какой футболке, то это их проблема однозначно. Я ничего не вижу в этом плохого.

Возможно, мы спасли несколько жизней и здоровья людей, когда мы эту акцию провели. Если это стоило того, чтобы я провел такую ​​акцию и сделал фотографию, и мы раздали тогда несколько тысяч средств контрацепции, то, может, это стоит того было.

Средства, выделяемые, в большей части были от этой молодежной организации. Я помню, что 40 процентов мы заплатили из своих взносов членских и 60 они.

— А у вас не было каких-либо сомнений брать или не участвовать в такой акции, зная, что глава «Украинского выбора» — это кум российского президента и уже на тот момент (вы говорите о том, что тогда еще между Украиной и Россией, на вашему мнению, были нормальные отношения), но это на тот момент уже, например, произошло вооруженное вторжение в Грузию.

У нас такого дискурса внутри общества не было. И когда мне было 20 с лишним лет или даже меньше, то никто вообще не знал, кто такой Медведчук, и что это за организация на самом деле, потому что никто так не углублялся. Не было всех тех процессов, которые есть сейчас.

И Медведчук вообще не был в политике, вы помните. То есть уже вообще забыли его на тот момент, когда он возглавлял эту организацию, создал что-то. Я человек молодой, я думаю, что те, кто нас сейчас смотрят, они только сейчас узнали, кто это такой, когда он появился в партии ОПЗЖ. А если бы его не было сейчас в политическом процессе, то уже бы и забыли, кто это.

Я однозначно не чуждаюсь того, что провел ту акцию. Я сделал правильно и точно не буду оправдываться за то, что одел какую-то майку какой-либо партии или организации, то, что я сделал фотографию, то, что я делал это для того, чтобы здоровые были студенты в нашем Политехническом институте. Это хорошо, что я проводил такие акции и был таким активным, но тот неприкрытый фейк, по заданию я знаю какой политической партии (потому что у меня есть инсайдеры, которые слили мне информацию, в отношении меня собиралось выше екскеривництво государства и ставило задачу, чтобы меня дискредитировать). Я им благодарен за это. Я принял этот вызов и докажу в суде, что в этом случае я не имел никакого отношения во время Майдана в этой конкретно организации, тогда имела противоположные убеждения, чем я, и это можно все проследить.

— Закрывая тему, ОПЗЖ, Виктора Медведчука и связанных с этим историй, у меня к вам есть еще один вопрос: почему некоторые из ваших заявлений созвучные с заявлениям этой политической силы или ее лидеров? Например, о тех же российские вакцины. То есть получается, вы стоите в некоторых вопросах на одних и тех же позициях?

— Во-первых, каждый депутат имеет право на свою позицию, и позиция моя в том и состоит, что если мировым сообществом будет признана вакцина русский, мы должны будем ее закупать и спасать жизни украинский. Я считаю, что это хорошая позиция. Если какие-либо политические партии поддерживают это, это очень хорошо. И именно буквально несколько дней назад уже министр Степанов сказал то же самое, что и я, но я первый взял на себя удар этот. Хорошо, окей, я крепко стою на ногах и моя позиция стала от этого только сильнее. Это вызвало неприятие, но затем, когда разобрались, сказали, так он молодец, он правильно сказал, что если признает мировое сообщество, ВОЗ, значит, что надо. Возможно, не напрямую (потому что нам запрещает это закон), через Европу будем покупать.

Например, Алексей Гончаренко, представитель «Европейской солидарности», сказал то же самое, что и я: если миром вакцина будет признана, то значит должны закупать. Это сказал представитель «Европейской солидарности» и я ожидаю, что уже в ближайшие дни «Европейская солидарность» примет решение о Алексея Гончаренко, потому что это не соответствует партии. Они меня обвиняли на своей странице, что я тогда говорил то же самое, что сейчас представитель «Европейской солидарности». Поэтому здесь двойные стандарты.

Поэтому я не знаю, что там созвучное, но все что в интересах Украины и все, что мне совесть позволяет однозначно выражать и то, что действительно является моей внутренней позицией, я буду высказывать. И если с «Европейской солидарностью» это будет совпадать, хорошо, пусть будет так. Если с ОПЗЖ или любой другой партией, это их вопрос. У меня есть своя позиция и меня нормально воспитали родители. Я понимаю, что самое главное — это здоровье украинских граждан. И по-другому никак не может. Это — главный приоритет и не надо политизировать этот вопрос.

И сейчас дискурс, видите, уже этот происходит. Но на меня набросились первым. Спасибо еще раз за медийную поддержку одной из политических партий, которая является нам враждебной. Точно знаю, кто какие заголовки ставил, и, кстати, многие издания затем делали уточнения, потому что мои адвокаты направляли затем обращение, и издание ставили потом уточнение, что имелось в виду, и полный отрезок текста который был озвучен в том телеэфире. Там ничего страшного нет, никакой крамолы.

— Не считаете ли вы, что закупая российскую вакцину против коронавируса, Украина будет финансировать агрессора, который сможет использовать эти средства на укомплектование своей армии, своих вооруженных сил, принимающих участие, в частности, в военном конфликте на Донбассе?

— Я здесь не буду вспоминать, пожалуй о газе, о ядерных твэлы для электростанций наших, я вам скажу только то, что если мы говорим о Российской Федерации, то мы можем не напрямую закупать, можем закупать через Европу любой уникальный медицинский препарат. Признанный миром. Мы будем платить в Европу, а они пусть распоряжаются, если не хотят, пусть не перечисляют дальше в Российскую Федерацию, а то договариваются по-другому. Для нас важны жизни и здоровья украинских граждан. И не надо этот вопрос политизировать.

Кстати, я видел последние исследования, больше, чем 65 процентов украинских граждан точно поддерживают этот тезис и точно для них здоровье важнее любые политические разборки политических оппонентов во время местных выборов. Потому что, если они сами это говорят уже в телеэфире, то я не знаю, какие ко мне могут быть претензии.

— После таких обсуждений, медийных таких скандалов, связанных с вами, говорит с вами керивницво фракции, возможно представители Офиса президента? А может, сам президент может вам позвонить и сказать, что вы что-то не то там сказали?

— По этому вопросу всем все понятно, мне кажется, что это ьбула атака целенаправленная медиа-киллеров так называемых. То есть все те, кто занимаются этим направлением, понимают, что это было: что я сказал и как это использовали. президент Украины по этому поводу мне не звонил.

— А по другим поводам?

— У нас были такие случаи, когда я озвучивал какие-то вещи и президент мне советовал, как мне, возможно, подкорректировать свои тезисы.

— Он лично вам звонил?

— Да. лично звонил. Возможно, просто так случайно получилось, что увидел какие-то включения или брифинги под Верховной Радой, и выразил свою позицию, но это не было какой-то указанию, претензией. Это был совет от лидера нашей партии и я точно считаю, что она была объективная и я ее использую.

— Вообще вы часто сейчас общаетесь с Перзидента? Потому что во время избирательной кампании прошлого года вы, насколько я понимаю, были одним из тех. кто входил в ближайший круг тогда еще кандидата в президенты Владимира Зеленского.

— Я не знаю, к найбличого круга, потому что у меня была задача не входить какого-то ближайшего круга, а выполнять те задачи, которые помогут победить этому кандидату: стать и президентом и потм защитить результат (потому что, вы знаете, что мы ожидали того, что будут фальсификации). Такой отрыв был сумасшедший, что фальсификаций фактически не было. Мы боролись и в этом было мое задание юридического направления. Я его, думаю, выполнил на тот момент (на себе нельзя ставить 12 баллов), может, на 10-9 баллов так точно (я так могу себя оценить).

Если говорить про сейчас, насколько у нас коммуникация происходит, то у меня есть телефон президента. Я могу ему позвонить, но я понимаю, что есть плотный график Я пытаюсь все же с доверенными представителями Офиса президента общаться по тем направлениям, которые именно они курируют, а если у меня есть непосредственно вопрос, то я пишу сообщение, а президент мне отвечает на тот или иной вопрос относительно тех решений, которые принимаются в том числе и в парламенте.

О некоторых решений я советуюсь и по некоторым законопроектив, которые я вношу.

— Когда вы в последний раз это делали? И, возможно, если не секрет, о чем спрашивали президента или же он вам что говорил?

— Я бы не хотел выносить этот диалог в целом, но это было по законопроекту, который я вносил как член комитета организации государственной власти. Это было, пожалуй, месяц назад. То есть я спросил точку зрения: правильный этот вектор развития событий в этом направлении и президент подтвердил, что я на правильном пути. То есть мне надо было получить от лидера нашего государства получить обратную связь, правильно ли я поступаю в том или ином случае. Мне Владимир Александрович подтвердил, что это — правильный вектор.

Вторую часть беседы с Александром Качур читайте на сайте Радио Свобода в понедельник, 19 октября.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *