- Политика

Первый Майдан: 30-летие Революции на граните

30 лет назад 2 октября 1990 в Киеве на площади Октябрьской революции — настоящее Майдан Незалежности — началось студенческое голодание, которое позже получило название Революции на граните. В общем история Украины последних десятилетий идет от Майдана до Майдана: евромайдан, до этого был Налоговый майдан, Оранжевый площадь, акция «Украина без Кучмы». В этом перечне Майданов студенческая революция на граните — первая.

Радио Свобода о ходе и последствиях той акции поговорили с одним из сопредседателей студенческой голодовки Олесь Доний.

— Студенты вышли на Майдан против подписания нового союзного договора, требованиям о досрочных выборах в Верховную Раду тогда еще УССР, отставки тогдашнего главы правительства Виталия Масола, национализации имущества комсомола и компартии и службы украинских призывников на территории Украины. А почему выбрали именно такую ​​форму протеста — голодовку?

Все дальнейшие крупные акции в Украине, которые происходили на площади Независимости, использовали нашу технологию — разбивка палаточного городка

— Действительно, все дальнейшие крупные акции в Украине, которые происходили на площади Независимости, использовали нашу технологию — разбивка палаточного городка. Напомню, что и название площадь Независимости получил в результате нашей акции. Ведь впервые это название было озвучено одним из наших активистов Мишкой Канафоцьким во время митинга, а придумана, кажется, профессором КПИ.

— Палатки были , а голодовок не было.

— Была попытка — студенческие организации пытались провести через два года. Но тогда не все студенческие вожаки согласились участвовать в повторении голодания.

Основной идеей была независимость Украины. На остальное мы смотрели как на средства

Но вернемся к вопросу, почему голодание. Напомню, что организации, которые проводили эту акцию — это, в первую очередь, Украинский студенческий союз (УСС) Киева и «Студенческое братство» Львова, а к ним привлекалось много других организаций. Основной идеей была независимость Украины. На остальное мы смотрели как на средства. Технологии достижения независимости Украины и успешной акцией должен был стать общий студенческую забастовку. И то, что мы проводили голодовку, палаточный городок — должно было стать толчком, катализатором для общего студенческой забастовки. Что, впрочем, и удалось сделать.

Кроме голодания, было много других акций во время студенческой революции на граните: демонстрации, перекрытие движения транспорта, захват университетов и забастовку. Тогда забастовали не только все высшие учебные заведения Киева, Львова, но и других городов.

Голодание должно было быть эмоциональным фактором, чтобы обратили внимание наши студенческие товарищи

Вся технология, чтобы этот всеукраинский студенческий забастовку организовать, прописывалась нами где-то за полгода до этого. И голодание должно было быть эмоциональным фактором, чтобы обратили внимание наши студенческие товарищи. Мы проявляли жертвенность, доказывали своей линией поведением мы готовы жертвовать. Это важно для доверия.

На тот момент, большого доверия у украинского общества к движению сопротивления, к движению борьбы за независимость еще не было. И мы получали доверие. Переагитация киевлян происходила именно во время Революции на граните. Это была точка агитации, общения. Голодание давало возможность привлекать внимание.

— Палатки в центре Киева — такое в украинской истории произошло впервые. Это было санкционировано властями ?

— Мы не ожидали, что нам позволят акцию. Было три сопредседателя: кроме меня, Маркиян Иващишин , уже, к сожалению, покойный, из Львова и Олег Барков из Днепродзержинска, ныне Каменское, чтобы показать, что Украина соборная.

Мы не должны были выходить все в первый день. В первый день выходил я, как сопредседатель — и мы ожидали, что меня и остальных активистов посадят. На следующий день должен был выходить Марек — ожидали, что его и остальные посадят. На третий день должен был выходить Олег — так же ожидали, что его и остальных активистов посадят. Потому что в предыдущей нашей попытке сделать студенческую забастовку, в феврале 1990 года была первая такая попытка, наших активистов посадили.

— А за что посадили ? Что такого противоправного совершили ?

— Мы устраивали акцию студенческого объединения. И только за то, что мы проводили митинг возле памятника Шевченко, посадили одного из выступающих. Он был одним из участников студенческого движения, хотя формально не был членом УСС. Мы в его поддержку поставили пикет возле Киевсовета. Нас всех забрали, это где-то человек 20, дали от 5 до 15 суток каждому. После этого через несколько дней приехали ребята из Львова, «Студенческого братства», на нашу поддержку. Их тоже посадили. Но таким образом мы знали, что можем друг на друга опереться. Таким образом вырисовывается актив людей, которые готовы проходить через испытания. И мы готовы были сидеть.

— А 2 октября была санкционирована акция ?

— Для нас была важна санкция. Но на тот момент нам повезло. Заседал президиум в Киевсовете во главе с Александром Мосиюк , и поздно вечером они приняли решение о том, что на четырех площадях Киева можно проводить акции без всякой санкции. То есть они легализовали нашу акцию, хотя мы не ожидали их решения. Они приняли решение где-то в 10, а мы уже в 8 разбили палатки.

— То есть акция была санкционированной и разгона вы не боялись в течение двух недель, когда она длилась?

— Мы не боялись разгона и без санкции. Мы шли целенаправленно на то, что нас посадят. Мы не боялись этого, наоборот, мы этого ожидали. И то, что президиум Киевсовета это легализовала, нам стало неожиданностью. С нашей точки зрения, это замедлило ход акции. Потому что мы думали, что нас всех посадят и это побуждает забастовку.

— Вспомните свои впечатления. Две недели на холоде, две недели не есть. Как люди это переносили ?

— Мы были готовы к испытаниям. И были не физические проблемы, а больше психологические. Мы не холода боялись. У нас был выход из голодания после 7-10-го дня — многие люди не выдержали психологических аспектов. Потому что мы не ожидали, что власть позволит акцию. Власть не разгоняет, студенческих забастовок нету.

— Власть ваши планы сломала ?

Значительная часть людей была готова голодать даже к смерти. Мы запрещали сухую голодовку, но некоторые люди пробовали

— Как ни странно. Хотя Мосиюк и демократы в президиуме городского совета это делали из лучших побуждений. Проходит день, второй, пятый, а забастовок нету. Студенты не отзываются. Тогда возникал вопрос: а сколько еще?

Тогда значительная часть людей была готова голодать даже к смерти. Мы запрещали сухую голодовку, но некоторые люди пробовали. И психологический аспект более давил, чем холод или голод. К голода все были готовы.

По холода расскажу забавный случай. Киевляне приносили теплые вещи, раскладушки, спальники, деревянные настилы. Теплые вещи мне принес Николай Горбаль — украинский политзаключенный, диссидент. Он принес свои последние ватные штаны из лагерей, которые он еще не надевал. Ему их выдали, когда он уже выходил на свободу. И вот он мне их приносит, а дело в том, что он ниже меня где-то на головы полтора, но ночью было очень холодно. Поэтому я все равно их одежду и, пожалуй, выглядел очень забавно, но зато мне было тепло.

В этих брюк интересная судьба. Когда потом мы поддерживали литовцев, когда их давили танками, послали два отряда студентов, которые с оружием в руках защищали литовский парламент. Эти ватные штаны я дал Евгению Николенко , который защищал литовский парламент от возможного наступления советской армии. Поэтому в ватных штанов была революционная история.

— А потом в октябре 1990 года являлись люди , которые все две недели голодали ?

— Конечно, были люди, которые голодали с первого до последнего дня, были те, которые голодали меньше. В Александровской больнице, на тот момент Октябрьская, голодающим делали очищение кишечника — неприятная, но необходимая операция, чтобы не было интоксикации организма. И каждый день у них брали анализ крови на сахар. Ни одного случая, чтобы кто-то даже подслащенный чай употреблял, не было. То есть у нас были все люди идейные.

— Сколько было участников голодовки ?

— Не могу назвать точные цифры. В начале были десятки, в конце концов более сотни. Но периметр палаточного городка не позволял поместиться тысячам.

— Кто из власти вел с вами переговоры ?

— Сначала Леонид Кравчук напрямую. Он приходил в палаточный городок и мы втроем вели переговоры — он, Маркин и я.

— Леонид Кравчук тогда был председателем Верховной Рады.

— Да. Тогда не было президента и, соответственно, это была самая высокая должность в республике. Затем были различные форматы переговорщиков. Когда подписывали соглашение, была создана комиссия из 16 человек: 5 от коммунистического большинства, 5 от оппозиционной Народной совета, 5 от нас и 1 от президиума Верховной Рады — Иван Плющ .

Наибольшее давление на нас было не со стороны коммунистов и КГБ, а со стороны Народного совета и Народного руха Украины, не понимали нашей важнейшей требования — перевыборы Верховной Рады

Между тем, как приходил Кравчук и этой комиссией, были еще различные встречи. Наибольшее давление на нас было не со стороны коммунистов и КГБ, а со стороны Народного совета и Народного руха Украины, не понимали нашей важнейшей требования — перевыборы Верховной Рады. Поэтому они делали все, чтобы этого не произошло.

— Насколько я представляю себе ситуацию, если бы состоялись перевыборы, то вполне вероятно, что национально-демократические силы могли бы набрать больше голосов, и их представительство в Верховной Раде увеличилось бы.

— Это был бы единственный шанс для победы. И это было единственное окно возможностей для Украины пойти по пути Польши, Чехии, Венгрии или Литвы. Это понимало несколько студенческих вожаков, и не понимала контрэлита Народного совета и Движения.

При победном смысле студенческой революции на граните, это упущенный шанс для Украины. Потому что мы предоставляли возможность перевыборов. К сожалению, контрэлита этого не хотела, не осознавала. Когда они это поняли и Вячеслав Чорновил поднял лозунг перевыборов в Верховную Раду только через два года, уже было поздно. Украина уже потеряла шанс после президентских выборов и после того, как часть коммунистической номенклатуры стала уже во главе государства как независимцы.

— С выдвинутых требований вам тогда удалось добиться выполнения только одной — отставка Виталия Масола.

— Нет, с формальной точки зрения было полностью выполнено три требования и частично две. Об отставке премьера я вообще был критический, так как считал, что это нецелесообразно. Первые требования я выписывал, и там этого не было. Там были перевыборы в Верховную Раду на многопартийных началах, национализация имущества КПСС, отказ от подписания Союзного договора, с которым носился Горбачев. А львовяне приехали с двумя другими требованиями, потому что мы не согласовывали требования телефону, а поступали конспиративно. У них были требования, которые были руховскими. «Студенческое братство» Львова, в отличие от нас, больше контактировало со старшими товарищами. Отставка Масола — это была руховская требование, и они с этим носились. А второе, то уже приняла Верховная Рада, чтобы юноши Украина не служили в горячих точках.

Я считал, что отправлять премьера в отставку нецелесообразно. Ибо, если будут перевыборы Верховной Рады — все правительство пойдет, чего же требовать отставки премьера. Но для того, чтобы не соревноваться, какая организация важнее и чьи требования важнее, мы объединили требования. Таким образом их стало пять. Если бы мы соревновались, то поставили под вопрос проведение самой акции. Это был компромисс. Хотя я внутренне не разделял требования отставки премьера, но отстаивал ее в переговорах.

— Какие есть основания говорить, что выполнили большинство требований ?

— Выполнили три требования. Первая — отказ от подписания Союзного договора. Затем Украины отказалась от подписания этого договора, и как раз Кравчук мотивировал свое решение тем, что есть постановление, принятое под давлением студентов. Вторая — юноши Украина больше не служили в горячих точках. Это решение тоже было принято. Третья — премьер подал в отставку. Это решение было знаковое, поскольку показало, что власть идет на уступки под давлением улицы.

— После Масола премьер-министром стал Витольд Фокин, которого в последнее время часто вспоминали, как переговорщика по Донбассу .

— Это было руховское решения. Почему они хотели Фокина. Очевидно, что для части руховской верхушки был важен доступ к премьеру и они готовы были его поддержать. А он кому-то был благодарен за то, что они его поставили на эту должность. Здесь надо исследовать связи части руховской элиты и Фокина.

— Помню , когда отмечали десятилетие революции на граните, то среди других пригласили Виталия Масола. Уже бывшие студенты и бывший премьер нормально общались и пришли к выводу, что не было особой необходимости требовать отставки Масола. А вообще, вы что-то изменили ? Что-то делали бы тогда иначе?

Наши идеи на тот момент восприняло лишь 12 депутатов во главе со Степаном Облаком, которые понимали, что перевыборы Верховной Рады необходимые

— Нет. Нет, на одну йоту. Мы по максимуму добились того, что могли. Это было очень, что Украина была готова на тот момент воспринять. Жаль, что она не была готова ко всем нашим идей, было некому.

Напомню, что наши идеи на тот момент восприняло лишь 12 депутатов Верховной Рады во главе с Степаном Облаком , которые понимали, что перевыборы Верховной Рады необходимы, поддержали нас и приняли участие в голодовке. Но таких людей было очень мало.

Максимум, что мы могли достичь, это жертвенностью, эмоциональностью получить поддержку у значительной части украинского общества. И мы это получили, мы показали, что улица может побеждать коммунистическую власть. Это огромный плюс.

Кроме того, мы показали, что молодежь может быть самоорганизованной. Мы от «А» до «Я» продумали, проводили, руководили акцией самостоятельно. Чего не было во время никаких других крупных украинских революций. Молодежь не допускалась к руководству, но она и сама не стремилась брать власть в этих акциях. А мы не допускали к участию в управлении акцией больше никого. Лишь три сопредседателя имели право определять политику и что делать активистам, что делать самой акции. Больше такого не было.

Соответственно, я бы ничего не менял. Это одна из самых положительных страниц в современной украинской истории, и я горжусь, что причастен к ее написанию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *