- Политика

Фигурант расследования «Схем» Халимон: началось «охоту» на «слуг народа»

После публикации расследования «Схем» заместитель председателя фракции «Слуга народа» Павел Халимон вышел на пресс-конференцию в Киеве, где пожаловался на «тренд« охоты »на« слуг народа », но не прокомментировал по сути изложенные журналистами факты.

Накануне «Схемы» рассказали, как генпрокурорка Ирина Венедиктова блокировала расследование Халимон из-за вероятного вымогательства им неправомерной выгоды, несмотря на аудиозаписи, которые могут об этом свидетельствовать — и которые «Схемы» получили в свое распоряжение и проанализировали, сопоставив с событиями того времени. Сам Халимон ранее в комментарии к журналистского расследования подтвердил подлинность разговоров, но отрицал, что требовал взятку, утверждая, что денежное вознаграждение ему предлагал сам заявитель.

В день публикации «Схем» в Офисе генпрокурора сообщили, что в июле не видели основания для открытия производства, но на днях по результатам «личного приема одного из народных депутатов» возбудили дело. Юристы считают, что теперь это не имеет смысла, ведь из-за проволочек с открытием дела шансы задокументировать возможные доказательства уже потеряно.

«Хочу отметить, что в последнее время« охоты »на« слуг народа »уже стало трендом», — заявил Халимон на пресс конференции 1 октября которую он собрал, чтобы рассказать о якобы раскрытом коррупционную схему на государственном предприятии «Ивковцы» с участием бывшего народного депутата Олега Дмитренко.

Сам Дмитренко 21 июля обратился в НАБУ с заявлением о возможном совершении преступления народным депутатом от «Слуги народа» Павлом Халимон. Он сообщил, что осуществлял на диктофон аудиозапись встреч и телефонных разговоров с депутатом и его доверенным лицом — другим предпринимателем Сергеем Селютин. По его словам, записи свидетельствуют о том, что ему предлагали решения проблем с правоохранителями и благоприятные условия для ведения аграрного бизнеса в Черниговской области — в обмен на денежное вознаграждение в 40000000 гривен.

«Схемы» получили от заявителя эти пленки в свое распоряжение. Встречи и телефонные звонки происходили в течение июля. Во время разговоров использовалась, вероятно, завуалированная терминология — «титульный лист», «ксерокопия», «пакет документов», «10 процентов от документов». Детективы НАБУ изучили записи, предоставленные заявителем Дмитренко и 22 июля обратились к генеральному прокуроркы Ирины Венедиктов с просьбой начать уголовное производство, в рамках которого собирались зафиксировать вероятный преступление депутата в официальный процессуальный способ. Однако на следующий день получили отказ из Офиса генпрокурора за подписью Венедиктов, в которой говорилось, что «в настоящее время отсутствуют определенные УПК Украины основания для внесения соответствующих сведений в Едрей».

Как рассказал журналистам Дмитренко, с тех пор заместитель председателя фракции Халимон и посредник Селютин перестали выходить с ним на связь.

Журналисты «Схем» проанализировали записи, опросили участников этих встреч и проанализировали события, которые при этом происходили.

В частности, одна из встреч, на которой, по словам Дмитренко, присутствовали Павел Халимон и его однопартиец Андрей Мотовиловець, состоялась 15 июля в Офисе президента. Судя по записям, тогда о деньгах речь не шла одновременно человек с голосом, похожим на голос Халимон, говорил: «… чтобы нам с вами не портить отношения, поскольку мы живем с вами в одном регионе, и наши дети ходят вместе в школу и такое ».

Позже в комментарии журналистам и Халимон, и Мотовиловець подтвердили, что такая встреча была. Во время этой встречи, по словам нардепов, они, наоборот, обсуждали доведение до банкротства госпредприятия «Ивковцы» на Черниговщине, с которым по контрактам ведет бизнес ексдепутат Олег Дмитренко: фирма его семьи — сельскохозяйственное общество «Родина» — платит за гектары земли и за это собирает урожай зерновых культур.

После встречи в ОП Дмитренко продолжил записи своего общения с народным депутатом — во время которого, по словам аграрного бизнесмена, он пытался «подыгрывать» собеседникам, чтобы получить как можно больше задокументированных подтверждений их намерений.

На некоторых записях разговоров говорилось, в частности, о «титульный лист», «ксерокопию» и телефонный разговор с Дмитренко, очевидно, в стенах Верховной Рады. «Схемы» предложили прослушать их Халимон и прокомментировать записи.

В конце концов тот подтвердил журналистам подлинность разговоров, но заявил, что он не требовал взятки, а наоборот — Олег Дмитренко его предлагал: «Не было такого (о вымогательстве взятки« 30 + 10 »- ред.). Такое было, но предлагал он, — заявил нардеп. — Это предприятие находится на моем округе, ко мне обратились люди, я помог как народный депутат, сделал какой-то административное сопровождение ».

Заместитель главы президентской фракции также подтвердил, что приходил на встречу в сопровождении Селютина: «Да, была (такая встреча — ред.). Те же вопросы обсуждались, мне просто был необходим свидетель, я попросил Селютина, чтобы он поехал со мной, чтобы … если мы будем возбуждать уголовное дело, чтобы он подтвердил эту информацию, Дмитренко предлагал взятки ».

Народный депутат Андрей Мотовиловець подтвердил, что был участником встречи на Банковой — вместе со своим соратником по партии Павлом Халимон и Олегом Дмитренко. Целью встречи, по его словам, было «объяснить бывшему народному депутату, что предприятие будет работать».

«Ни, ни предложение вымогательство, никаких сумм не обсуждался, в моем присутствии, присутствия Дмитренко и Халимон», — подчеркнул Мотовиловець.

Сергей Селютин на звонки и сообщения «Схем» не ответил.

На уточнение, общался Халимон с Венедиктов, нардеп ответил, что не общался, и добавил: «Более того, я к ней обращался. Но не могу разглашать ».

18 сентября Дмитренко обратился к Антикоррупционного суда — с требованием обязать генеральную прокурорку внести сведения в Едрей. За два дня до публикации расследования суд принял соответствующее решение.

«Схемы» отправили письменный запрос к Ирине Венедиктов с вопросами — какими мотивами она руководствовалась, когда отказала детективам в открытии уголовного производства и или общалась с депутатом Халимон на эту тему.

На письменный запрос в Офисе генпрокурора ответили в день публикации. Там подтвердили, что «на тот момент» (то есть в июле — ред.) Оснований для открытия производства не было. В генпрокуратуре рассказали, что в сентябре на личный прием к Венедиктов пришел один из народных депутатов, и по результатам приема 24 сентября таки было начато досудебное расследование, которое поручили проводить НАБУ. Там «схемы» ответили, что сведения об этом отсутствуют, информация о соответствующем производства не поступала.

Также в ответе ОГПУ отмечается, что Ирина Венедиктова не общалась с депутатом Халимон «об инициировании НАБУ начать уголовное производство».

«Генеральный прокурор решила внести эти сведения два месяца спустя, когда зафиксировать в момент преступления предоставления депутату неправомерной выгоды уже физически невозможно, — говорит исполнительный директор общественной организации« Антикоррупционный штаб »Сергей Миткалик. — Теперь уже сам народный депутат в известность о попытке НАБУ открыть в отношении него уголовное дело. Поэтому сейчас в открытии генеральным прокурором уголовного производства нет смысла, учитывая то, что все разумные процессуальные действия детективов Бюро зафиксировать вымогательство депутатом взятки явно не будут иметь в себе результата, потому что их имело смысл делать в момент совершения преступления ».

«Залогом расследования дела о взяточничестве является задержание преступника« на горячем », а также получение важных доказательств, что определенное лицо требует взятку. Сейчас момент упущен, вероятность что-то установить в этом деле равна нулю. Дальнейшее расследование, скорее всего, не будет результата, а лишь потерей времени для детективов и прокуроров », — добавляет юрист общественной организации« Центр противодействия коррупции »Андрей Савин.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *