- Интервью недели

Не факт, что единого кандидата от оппозиции зарегистрируют, — Быковский

Политический обозреватель Павлюк Быковский критически оценивает процедуру «праймериз» ради избрания единого кандидата от оппозиции и заявляет, что власти меньше всего боятся неучастия оппозиции в президентских выборах

Вкратце

  • Кажется, что 30 процентов для голосования в интернете — это маловато.
  • Есть люди, которые заявляют, что 80 процентов хотели бы бойкотировать выборы. Это явная манипуляция.
  • Если взять международный опыт транзита авторитарных режимов, то есть буквально один-два случая, когда бойкот давал определенный результат.
  • Если единого власти не зарегистрируют, это может стать поводом для акции протеста.

— Как вы в целом оцените то, что значительная часть оппозиционных структур решила все же определиться с процедурой избрания единого кандидата?

— Спрос на то, чтобы была единая персональная альтернатива на президентских выборах, был. Я во время своих журналистских поездок по регионам наблюдал, что люди говорят — «А кто, если не он?» И вот оппозиция дает ответ на этот вопрос, по крайней мере предлагает определенный инструмент.

Если говорить о самой процедуре … Было интересно наблюдать, как Объединенная гражданская партия годами предлагала процедуру «праймериз», и вот 27 января впервые что-то реально начало делаться в этом направлении.

— Насколько обоснованной и справедливой выглядит объявлена ​​процедура праймериз? Уже высказываются предположения, что она дает определенные преимущества именно активистам политических партий, которые могут голосовать и в интернете, и на съезде, и теоретически — даже на встречах в регионах.

— Я полагаю, что влияние именно оппозиционных структур в такой процедуры гарантирован. Это значит, что единым кандидатом будет выбран тот, кто нравится людям, которые находятся в оппозиции к режиму, а не широкому обществу. И, соответственно, может сложиться ситуация, когда набор ценностей, который был бы интересен для широкого общества, не будет принят. А будут приняты ценности, важные именно для оппозиционной части общества.

Так что может получиться, что для самих оппозиционных сил это будет довольно успешный опыт. Но для того, чтобы победить в пределах страны, этого недостаточно. Что касается процедуры, то мне кажется, что 30 процентов для голосования в интернете — это маловато.

Все остальное действительно дает преимущество оппозиционным структурам. К сожалению, у нас не такая ситуация, чтобы люди не боялись пойти в оппозиционные структуры, чтобы высказать свое мнение.

— С учетом того, кто выделяется в этом году (партийные лидеры и активисты), такие правила праймериз выглядят довольно логично. Ведь, например, в 2001 году на выборы от оппозиции выдвигались бывший премьер-министр Чигирь, бывший министр обороны Козловский, лидер профсоюзов Гончарик, люди, которые имели большую общественную и номенклатурную вес. Сейчас ситуация другая, и идти бороться с Лукашенко никто не хочет, кроме лидеров политических партий. Поэтому логично, что партийная оппозиция создает правила «праймериз», которые подходят ей самой?

— В этом действительно есть определенная логика. Но я бы не сказал, что уже подведена черта. После назначения выборов всегда возникают какие-то инициативы, и иногда они бывают неожиданными. Нельзя гарантировать, что так и будет на этот раз — но вполне возможно.

Отбрасывать возможность, что к компании подключиться кто-то из номенклатуры или с бизнесменов, я бы не стал. Другой вопрос, что режим теперь консолидированный, поэтому рисковать, чтобы попытаться стать кандидатом, таким лицам не приходится.

— Остальные политические силы, которые не присоединятся к праймериз пяти оппозиционных структур — не окажутся ли они на обочине? Они надеются играть в одиночку и собрать подписи?

— «Говори правду» дыстанцыюецца от «традиционной» оппозиции и иногда не называет себя оппозицией — в зависимости от аудитории. Если говорить о социал-демократов Чэрачня, то маловероятно, что ему удастся собрать необходимых сто тысяч подписей.

Всегда при образовании коалиций идут туда те, кто идет туда первыми, и те, кто присоединяется к ней позже. Вполне возможно, что, как и во время наблюдения за выборами, большинство оппозиции будет наблюдать вместе, и, возможно, будет работать вместе. Возможность совместной работы, рост доверия между структурами — это определенный плюс в сравнении с недоверием и с тем, что ранее они даже совместных заявлений не могли принимать вместе.

— Насколько громкие, по вашему мнению, на этих выборах голоса за то, что в избирательной кампании не нужно вообще участвовать? Они довольно заметно звучать в социальных сетях, но насколько такая мысль распространена среди избирателей?

— Без независимой социологии мы не можем этого сказать. При этом есть люди, которые заявляют, что 80 процентов хотели бы бойкотировать выборы. Это явная манипуляция. Манипуляцией является и превращение абсэнтэизму (когда человек остается на диване) в «бойкот». Это разные вещи. Бойкот — это сознательное действие, которое призвано достигать определенных целей. А абсэнтэизм, наверное, властям и полезен, так как они не заинтересованы, чтобы общество палитызавалася.

У сторонников неучастия есть моральная основа, что нельзя участвовать в махинациях и преступлениях, и если выборы — это преступление, то в нем участвовать нельзя. То есть мы не будем марать свои белые наряды. Никто не заставляет, но дает ли это какой-то результат?

Если взять международный опыт транзита авторитарных режимов, то есть буквально один-два случая, когда бойкот давал определенный результат. Кстати, о них можно спорить, именно бойкот там сработал — но допустим, что это есть. И, с другой стороны, есть примеры ошеломляющей победы оппозиции, которая участвовала в выборах даже тогда, когда они сами думали, что это не имеет смысла. Была ситуация «круглого стола» в Польше.

В политическом процессе нет однозначных и простых ответов, но есть возможность использовать те или иные инструменты и смотреть, какой цели возможно достичь. Если цель — увеличить группу поддержки и расширить взгляды, то, возможно, электоральная кампания даст такую ​​возможность. Поэтому я бы предложил людям решать самостоятельно. Ведь если мною манипулируют — это признак того, что меня не считают за человека, который способен принимать самостоятельные решения.

— Павел Северинец в своем послании после объявления процедуры праймериз заявил, что «Выбранный лидер может стать лидером участия, протестов или бойкота — это решится ближе к компании». Которая вероятность варианта, что оппозиция пойдет на бойкот?

— Наиболее вероятно, что будет единый кандидат, и он начнет собирать подписи. Не факт, что его зарегистрируют. Парламентские выборы показали, что власти многих не регистрировали из тех, кто мог бы докучать им во время избирательной кампании. Если единого власти не зарегистрируют, это может стать поводом для акции протеста.

Я полагаю, что Северинец подразумевает, что если сложатся условия для уличных акций, то он не побоится в них участвовать.

— Насколько важен для власти участие оппозиции в выборах? Иногда слушаешь сторонников неучастия, которые говорят об участии в выборах как о падыгрываньне власти, и думаешь: «Неужели, если демократические силы не будут участвовать, то Лукашенко станет стыдно и ей подаст в отставку»? Ну точно, чем неучастие оппозиции в выборах может повредить власти?

— В 2015 году кандидата от «Говори правду» Татьяну Короткевич широкая оппозиция не считала своим представителем. Получились выборы без кандидата, которого бы оппозиция признавала своим. И что — это на что-то повлияло? В общем, в ситуации, когда власть имеет большое количество административно зависимых людей, которые приходят на избирательные участки, сама по себе явка НЕ ​​является очень сложным вопросом.

Поэтому я не думаю, что участие или неучастие оппозиции в выборах волнует власти с точки зрения явки. Но с точки зрения получения ею трибуны — волнует. Поэтому во время парламентских выборов мы видели цензуру, препятствия кандидатом в депутаты. Инструмент, который не нравится властям, власть пытается не дать в руки своим оппонентам. Если оппоненты сами отказываются взять этот инструмент в руки, то властям это, скорее, будет нравиться.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *