- Юрий Дракохруст

Взлетов и падение Путина … в Беларуси

20 лет назад, 9 августа 1999 года тогдашний президент России Борис Ельцин назначил исполняющим обязанности председателя правительства РФ Владимира Путина. В тот же день в своем телеобращении Ельцин назвал Путина своим преемником. Началась путинская эпоха в истории России.

Как менялась за эти годы отношение белорусов к лидеру соседней страны? Попробуем дать ответ на этот вопрос, основываясь на данных социологических опросов двух исследовательским центром — НИСЭПИ и Белорусского аналитической мастерской (БАМ).

Вкратце:

  • Пиком готовность белорусов проголосовать за Путина, как за президента союза, был 2002 год
  • Неслучайно именно в 2002 годом Путин предложил Беларуси присоединиться к России в качестве 6 губерний
  • Рейтинг Путина среди других иностранных лидеров — самый высокий, на уровне 60%
  • Из положительных оценок Путина не следуют положительные оценки углубления интеграции Беларуси и России
  • Оценки россиянами Лукашенко похожи на оценки белорусами Путина: хороший президент, но для своего народа

Лукашенко и Путин на «выборах» президента союза

Еще в середине 90-х НИСЭПИ стал задавать респондентам вопрос, кого бы они хотели видеть на посту главы союза Беларуси и России, если бы такая должность была введена.

Гипотетическое вопрос задавала общую рамку, которая позволяла одновременно оценивать белорусских и российских политиков.

График 1.

К 1999 году в ответах на этот вопрос Александр Лукашенко превосходил во много раз всех без исключения российский политиков — Ельцина, Примакова, Жириновского, Лужкова, Явлинского. Но уже с ноября 1999 года картина начала меняться, причем выбухападобным образом. В апреле 2000 года Путин обогнал Лукашенко, в апреле 2001 года разрыв стал двукратным, в апреле 2002 года каждый второй опрошенный белорус был готов видеть Путина президентом гипотетической объединенного государства.

И вряд ли случайно уже в июне 2002 года Путин сделал свое заявление о «отделении мух от котлет», а в августе озвучил ультиматум, предложив Беларуси банально присоединиться к РФ в виде шести губерний. Правда, и тогда, как и 16 лет спустя, в 2018 году, ультиматум формулировался как дилемма — либо полноценное объединение в одно государство, либо сохранение существующих союзных отношений, но без излишней щедрости со стороны России.

В ответ на предложение Путина Беларуси стать фактически частью России белорусский элита продемонстрировала редкую солидарность — ответ был отрицательный.

Тот интеграционный кризис 2002 года продемонстрировал, что уже тогда за годы независимости относительно ее ценности, по крайней мере в элите, установился консенсус.

Однако выше приведен график показывает, что вещь не только в настроениях элиты, эти настроения отражали динамику настроений всего общества.

Газовые, нефтяные, пищевые и информационные «войны»

С конца 2002 года «союзный» рейтинг Путина плавно, но неуклонно покатился вниз. А рейтинг Лукашенко, хотя и не столь монотонно, рос. В 2004 году состоялся первый на постсоветском пространстве кризис с отключением поставок российского газа. Потом был кризис начала 2007 года, когда уже Беларусь приостановила на несколько дней российский нефтяной транзит, далее — молочная «война» 2009 года, в 2010 году «Газпром» снова приостановил поставки, а НТВ начало информационную атаку на Лукашенко, показав сериал «Крестный отец ».

Наверное, для России, для российской общественной мысли, это выглядело таким образом, что Россия жертвует свои ресурсы союзнику, отдачу получает недостаточное и поэтому пытается поставить Минск на место.

Но белорусский общественное мнение воспринимало это не так, воспринимала как давление, как несправедливость. И косвенно, но очень убедительно об этом свидетельствует неуклонное падение «союзного» рейтинга Путина. Не до нуля, но пик 2002 года остался в необратимым прошлом.

Трудно сказать, как менялся «союзный» рейтинг Лукашенко и Путина после июня 2014 года, которым заканчивается выше приведен график. Через 2 года НИСЭПИ был разгромлен, а другие социологические службы асьцярожничаюць и таких вопросов не задают.

Тем не менее следует обратить внимание на последнее значение на графике — июнь 2014 года, пик «крымнашавых» настроений в России. В России рейтинг Путина рекордно высок. В Беларуси, как видим, «союзный» рейтинг Путина тоже немного повысился по сравнению с 2006-м или 2010-м годами, но незначительно.

И это при том, что общественное мнение Беларуси большой большинством одобрила присоединение Крыма к РФ и эта большинство оставалась неизменной и в последующие годы. Иными словами, «Крымваш», а вот Путин — не наш. Точнее, не совсем наш.

Путин — лучший среди зарубежных лидеров

Еще одно опрос НИСЭПИ 2015 году показало отношение респондентов к Путину по сравнению с лидерами других иностранных государств. В этом опросе деятельность Путина оценили положительно 60% респондентов, отрицательно — каждый пятый. Следующим за российским лидером по положительным оценкам оказался тогдашний президент Казахстана Нурсултан Назарбаев (44%), за ним председатель КНР Си Цзиньпин и канцлер Германии Ангела Меркель (по 35%).

По данным опроса, проведенного в апреле 2017 года Белорусским аналитической мастерской, Путина оценивали положительно 66% опрошенных и отрицательно лишь 11% респондентов. Следующим по популярности за российским лидером был президент США Дональд Трамп, которого положительно оценивали лишь 14%, а отрицательно — 29%.

Путин среди зарубежных лидеров — лучший, но именно как иностранный.

Это отношение к Путину следует сопоставить со отношением белорусов к различным вариантам двусторонних отношений Беларуси и России.

График 2.

На графике 2 очень отчетливо видна та же точка перелома — 2002 год, а также тенденция — снижение доли респондентов, выступающих за полноценное объединение двух государств в единую. О том, что доля сторонников таких взаимоотношений во второй половине десятых была небольшая, свидетельствуют и более поздние данные Белорусского аналитической мастерской.

График 3.

График 3 показывает, что распределение предпочтений очень устойчивое: лишь пара процентов выступают за вхождение Беларуси в РФ, примерно около 15% — за углубление интеграции в той или иной форме. Это в целом соответствует количеству сторонников полноценного объединения в опросах НИСЭПИ.

Путин сам по себе, как лидер дружеской союзной России, хорош для более чем 60% белорусов. Существенно большее, чем сейчас, сближение с управляемой им страной поддерживают примерно в четыре раза меньше белорусов.

Стоит отметить, что эта природа отношений к соседской лидера присуща и россиянам. Эксперт «Фонда« Общественное мнение »Григорий Кертман говорил об отношении к Александру Лукашенко российских респондентов, зафиксированное на фокус-группах:« Этот президент очень хороший для Беларуси, но для России он был бы не очень хороший. Симпатия к нему — это симпатия как к главе дружественной страны. И эта симпатия не экстрапалявалася на Россию, не то, что мы хотели бы такого лидера для России. Есть представление, что его поддерживает подавляющее большинство белорусов и это один из мотивов симпатий к нему. Если братский народ его любит, значит, он хороший президент именно для этого народа ».

Подводя итоги, можно сказать, что Владимир Путин был и остается для белорусов очень уважаемым и авторитетным политиком. Но как своего, белорусского лидера они его в большинстве не воспринимают. И в этом — существенное отличие от ситуации начала нулевых годов.

Соответственно и предложения о углублении интеграции даже от такого уважаемого политика находят поддержку лишь в небольшой части белорусского общества.

Однако понятно, что авторитарная власть что в Беларуси, что в России может проигнорировать мнение большинства белорусов: вообще говоря, Лукашенко может согласиться на предложения Кремля под давлением обстоятельств, а Россия в принципе может попробовать «углубить интеграцию» силой.

Мнения, высказанные в блогах, передают взгляды самих авторов и не обязательно отражают позицию редакции.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *