- Интервью

Легасов как Адамович, Хамюк как Алексиевич? Нобелевская лауреат разбирает сериал «Чернобыль»

Нобелевская лауреат Светлана Алексиевич в эксклюзивном интервью Свободе заявила, что считает мини-сериал «Чернобыль» лучшим среди множества экранизаций и постановок «Чернобыльской молитвы». Авторы фильма объяснили Светлане Алексиевич, что отсутствие ее имя в титрах была технической ошибкой, которая должна быть исправлена. Нобелевская лауреат отреагировала и на популярные версии в сети, что вымышленный персонаж фильма Вльляна Хамюк очень похожа на нее, а академик Легасов — на ее учителя Алеся Адамовича.

Вкратце

  • Много было экранизаций «Чернобыльской молитвы», но у меня всегда была неудовлетворенность. В этом фильме есть ощущение новой реальности, в которой мы, белорусы, патриархальная нация, уже выброшены.
  • Если американцы обратились с просьбой предоставить право на использование историй, я не была уверена. Невероятным образом они сделали лучший сериал за всю историю.
  • Не думаю, что Хамюк писали с меня. Может быть, они взяли из моего мировоззрения это ощущение мира женщины.
  • Когда я ходила по чернобыльской земли, абсолютно не чувствовала себя белорусским, я чувствовала себя представительницей какого биявиду.
  • Не дай Бог, если бы правда о Чернобыле или ГУЛАГ была в то время в руках самих свидетелей.
  • Белорусы, при том что они якобы много знали о трагедии, абсолютно по-новому посмотрели на тему Чернобыля.

«Там есть доля страха, рассуждения, красота — то, что меня всегда волновало во зле»

— Госпожа Светлана, каково ваше самое сильное впечатление после просмотра фильма?

— Очень сильное впечатление. Очень сильный фильм. Что-то такое там было найдено в эстетике, что пробивается к современной сознания. Там есть и доля страха, есть рассуждения, является красота. Это то, что меня всегда волновало во зле, если это не открытое зло, когда столько всего перемешано. Это та самая война, она же очень красивая. Ночью такое красивое небо, а внизу смерть. Мужчины в военном одеянии. Таких мужчин в мирной жизни нет. Это очень интересно и красиво. Мысли об опасности. И все это выполнено в них ( в фильме — РС ).

Сейчас мы наблюдаем такое явление, что белорусы, при том что они сильно пострадали и якобы много знали об этой трагедии, абсолютно по-новому посмотрели на тему Чернобыля и по-новому будут воспринимать эту трагедию, испытывают этот трагизм. Что-то такое сумели затронуть авторы сериала, притом что это люди с другой мира, не из Беларуси, не из нашего региона. Это меня всегда удивляло, когда западные люди читали мою книгу и участвовали в ее обсуждении.

Во всех странах мира, когда приезжаем к людям в Сирию, где воюют, в Таиланд, Колумбию, Японию или Германию, это другой взгляд. Наверное из-за того, что у нас много проблем, связанных с реальностью, выживания, государственным устройством (мы все еще не сделали нормальной демократической нашу страну) — мы очень заняты всем этим. А там люди думают уже о другом. Их волнуют экзистенциальные вопросы, в котором мире мы живем, что меняется в мире, с которой женщиной или мужчиной прошло жизнь. И очень сильная экологическая сознательность. Я думаю, что она проникает и к нам.

На наших глазах в мире происходят изменения. Белые медведи, которые сидят на голой земле в Арктике — все это несет страх. И Чернобыль, который я называла репетицией Апокалипсиса, прошел как-то мимо культуры, искусства, особняком был в нашей жизни, несмотря на то, что была Фукусима, произошел повтор, то, что я называла хроникой будущем, когда делала «Чернобыльскую молитву».

Сейчас мы начали об этом больше думать, особенно молодые люди. Неслучайно очень много именно молодых людей смотрят этот фильм. Говорят, что его смотрят вместе в клубах, обсуждают. Они — другие люди. Для них вопросы экологии, особенно на Западе — это та история, через которую они понимают жизнь. Есть экологическая история. Будут экологические беженцы, экологические проблемы масштаба непосильному человечеству. И это в фильме присутствует.

Это очень хорошо сделанное кино со всеми голливудских приобретениями, профессиональными и техническими возможностями. Все как-то хорошо соединилась. Режиссер — швед по национальности. А в шведской сознании особенно сильно присутствует экология. Они много уделяют внимания проблемам экологии, экологическим продуктом, экологическую жилью.

«Они взяли не только историю пожарного, там много моего текста в реакциях людей»

— Трагическая история пожарного в сериале взята из вашей «Чернобыльской молитвы». Западные СМИ предположили, что вымышленный персонаж Ульяне Хамюк, которую играет Эмили Уотсон, специально сделали похожей на вас, что это такой комплимент вам.

— Они взяли не только историю пожарного, несколько историй взяли. Там много моего текста в реакциях людей. Например, когда люди стоят на мосту и любуются пожаром. Первые ощущения после аварии. Мировоззрение тоже. Режиссер и признается, что это все родилось из «Чернобыльской молитвы». У меня с ними контракт, все авторские права датрыманыя.

— А почему вашего имени нет в титрах?

— Мое литературное агент послала запрос, они молчали сначала. Газеты начали писать, после моего интервью шведской газете режиссер ( Юхан Рэнк — РС ) ответил, что это техническая ошибка и все будет выполнено. Техническая или какая-то другая, но факт, что это будет восстановлено.

Белорусские параллели: Легасов как Адамович, Хамюк как Алексиевич

— Беларуси писатель Виктор Мартинович сравнил фaтаздымак Алеся Адамовича и профессора Легасова из сериала и предположил, что авторы специально сделали профессора Легасова немного похожим на писателя Алеся Адамовича, вашего учителя, который также большой вклад сделал в то, чтобы мир знал правду о Чернобыле. Как вы глeдице на то, что со временем сериал просто начинает жить своей жизнью и являются параллели, о которых авторы, возможно, даже и не думали, а белорусы их видят.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *